Twitter

вівторок, 5 листопада 2019 р.

Информация о том, что американский президент Дональд Трамп ненавидел Украину с первых дней своего пребывания на посту главы государства может показаться сенсацией разве что тем американцам, кто узнал об Украине только после публикации стенограммы телефонного разговора Трампа с украинским президентом Владимиром Зеленским. В статье из The Washington Post удивляет не эта ненависть, а удивление американских чиновников, которые никак не могут понять причин «иррациональной» ненависти Трампа.
А ненависть эта вполне рациональна. Трамп в самом деле – и он никогда не скрывал этого ни во время предвыборной кампании, ни после нее – хочет договориться с Путиным. Война в Украине и аннексия Крыма – серьезное препятствие для «сделки» с российским президентом. И дело даже не в том, на кого Трамп возлагает ответственность за этот конфликт, может быть даже для него это не очень важно. Дело в том, что нельзя любить препятствие.
Трамп в самом деле ценил своего бывшего главу предвыборного штаба Пола Манафорта, который был известен своими тесными связями с бывшим украинским президентом Виктором Януковичем и верхушкой Партии Регионов. Манафорт «погорел» из-за Украины, да вдобавок скомпрометировал Трампа.
Трамп на самом деле назначил своим первым помощником по национальной безопасности Майкла Флинна, который не скрывал своих тесных связей с Кремлем и даже присутствовал на праздновании 10-летия пропагандистского телеканала Russia Today, где оказался рядом с  самим Путиным. То, что Флинн обсуждал с российским послом в США возможность отмены антироссийских санкций, которые были введены из-за Украины – тоже правда. И то, что Трамп был вынужден отправить Флинна в отставку не потому, что сам этого хотел, а потому, что Флинн стал фигурантом одного из первых громких скандалов в его администрации – тоже правда.
Так с какой стати Трампу любить Украину? По большому счету, его личное отношение к этой стране не сильно отличается от отношения Владимира Путина. Путин ненавидит Украину просто за то, что она есть  и еще не стала частью или сателлитом его государства. Трамп ненавидит Украину за то, что она стала досадным препятствием для его возможной «сделки» с Путиным и совместного противостояния китайской экономической экспансии. Можно сказать, что оба политика живут в мире собственных иллюзий, но именно они принимают решения, которые в конечном счете определят наше ближайшее будущее.
И в этом смысле еще одной иллюзией было считать, что Трамп вдруг полюбит Украину, когда познакомится с Зеленским. Потому что дело вовсе не в Зеленском или в Порошенко, а в Украине как таковой. Но иллюзией является и то, что личная ненависть Трампа может стать фундаментом американского отношения к Украине. Не может. Потому что Трамп, в отличие от Путина – не только человек, который принимает решения. Это еще и институция президента, которая взаимодействует с другими институциями. Именно благодаря этому Соединенные Штаты все время пребывания Трампа на посту президента помогали Украине и не благоволили к России.
Пытаться очаровать Трампа, как это делал Зеленский во время пресловутого телефонного разговора – неблагодарное и бессмысленное дело. Трампу все равно, кто там на другом конце провода. Ему нужно победить на предстоящих выборах и, наконец, добиться «сделки» с Путиным. Возможно, он даже считает, что во время второго срока осуществить это будет проще.
Но с Трампом – президентом США нужно и можно сотрудничать. Не помогать Трампу-кандидату, а сотрудничать с Трампом-президентом во всем, что касается помощи Украины и сдерживания России.И привлекать к этому сотрудничеству другие американские институции – конгресс, госдеп, Пентагон, гражданское общество, медиа. Потому что только так можно превратить антипатию Трампа в дружеские намерения.
Если украинскому президенту удастся удержаться от искушения «подыграть» американскому коллеге, Киев переживет этот период раздражения Трампа, сколько бы он ни длился. Но если искушение окажется сильнее, Украина рискует вызывать раздражение уже не только у Трампа, но у всей политической Америки. Belsat.eu
Президент России Владимир Путин готов к встрече в нормандском формате при срочной необходимости. Это заявление пресс-секретаря российского лидера Дмитрия Пескова ставит под сомнение любые домыслы о дате проведения встречи в «нормандском формате». До него можно было еще считать, что стоит украинскому президенту Владимиру Зеленскому «прогнуться» под российские условия, как в Кремле согласуют дату саммита. Но, как видим, ничего подобного не происходит.
Заявлением Пескова должен был бы, по идее, заинтересоваться сам Зеленский. До последнего времени он уверял, что выполняет условия Путина только потому, что хочет встретиться с российским президентом, а не обсуждать вопросы войны и мира по телефону. Именно поэтому заставил Леонида Кучму подписать «формулу Штайнмайера» и пошел на разведение войск без учета ситуации с обстрелами украинских позиций. Потому что самое главное – это встреча с Путиным.
Я не могу понять, почему Зеленский так стремится к этой встрече, почему рассчитывает на ее успех и не понимает, какой катастрофой для него может обернуться «нормандский саммит». Но после заявления Пескова стоит задаться вопросом – а этот саммит вообще будет? Что такое срочная необходимость? Что должно вообще произойти?
Если перевести эти два слова с российского бюрократического языка, то они и означают ненужность проведения встречи лидеров. Потому что никакой срочной необходимости для саммита действительно нет. Нет серьезного обострения, которое нужно было бы урегулировать – как это было в Минске. Нет серьезного изменения в позиции Украины, которое позволило бы считать, что Зеленский подпишет безоговорочную капитуляцию. Нет очевидного изменения в позиции Запада, при котором можно было бы рассчитывать на снятие санкций. Тогда для чего встречаться? Для того, чтобы просто прекратить стрелять?
А кто сказал, что Путин этого хочет? Война – это не юмореска, это продолжение агрессивной российской политики. И пока Украина не в кармане у Путина, война против нашей страны теми или  иными средствами будет продолжаться.
Это, собственно, именно то, что пытался объяснить Владимиру Зеленскому и его окружению Дмитрий Песков. Espreso.tv

Когда несколько лет тому назад Владимир Путин и Дмитрий Медведев участвовали в открытии «Ельцин-центра», многим это могло показаться странным и даже нарочитым.

Когда несколько лет тому назад Владимир Путин и Дмитрий Медведев участвовали в открытии «Ельцин-центра», многим это могло показаться странным и даже нарочитым. 


Какой же Путин продолжатель Ельцина? За эти десятилетия как-то даже уже забылось, что Путин – не продолжатель, а наследник и преемник Ельцина, возведенный на престол первым российским президентом и его родственниками. 

Чтобы там Путин не думал о политических взглядах Ельцина и о его эпохе, его нахождение в «Ельцин-центре» - вполне естественный и закономерный шаг. Тем более, что 90-е, которые так любит смешивать с грязью официальная российская пропаганда эпохи Путина, сделали не только Ельцина. Самому Путину они предоставили удивительную возможность из рядового сотрудника КГБ дорасти до премьер-министра России.


Но забылось не только то, что Путин был преемником Ельцина. Забылось и то, почему он им стал. Забылось, как семья Ельцина находилась в постоянном поиске премьера-альтернативы бывшему главе правительства Евгению Примакову. Потому что после отставки с поста премьер-министра бывший разведчик и журналист считался наиболее вероятным преемником Ельцина – вопреки, собственно, воле самого Ельцина. 
Я еще помню, как многие политики и эксперты, которые сейчас вылизывают туфли Путина, носились по Москве с криками «пора избавляться от Ельцина» и воспринимали себя как будущих сотрудников примаковской администрации.

Буквально за несколько месяцев усилиями медиа Примаков был буквально смешан с грязью, а созданная под него партия «Отечество» превратилась – неожиданно для поддержавшей ее номенклатуры – в главную оппозиционную силу новой Государственной думы.

Поэтому когда мы видим Путина на открытии памятника Примакову, мы можем удивляться куда больше, чем в истории с «Ельцин-центром». С другой стороны, когда я вижу рядом с Путиным расточающего ему комплименты спикера Государственной думы Вячеслав Володин, удивление как-то проходит. Потому что в том самом парламенте, с оппозиционной фракцией «Отечество», лидером этой самой оппозиции был именно Володин.

Это тогда могло казаться, что Путин – наследник Ельцина и альтернатива Примакову. На самом деле новый президент стал наследником той самой номенклатуры, которая, возможно, где-то растерялась в начале 90-х, но к началу нового тысячелетия мобилизовалась для реванша и возвращения к модели автократического государства – только с совсем другими размерами номенклатурных дач и авуарами за границей.

В этой новой старой России нашлось место и наследнику Ельцина Путину, и соратнику Примакова Володину, и всем остальным, готовым вновь строить Советский Союз, чей срам стыдливо прикрыт имперским триколором. А тем, кто не понял, что номенклатура собирается воссоздавать, места не нашлось – кто-то был убит, как Немцов, кто-то посажен, как Ходорковский, кто-то превратился в маргинала… 

А воцарившиеся привычно ходят к памятникам своим мертвым патриархам, возобновляя старую советскую традицию церемоний у монументов Кирова, Куйбышева или Свердлова, умерших и потому уже совершенно неопасных во внутривидовой конкуренции. Путин у памятника Примакову просто напоминает о том, как это было. Detaly.co.il

















(10) Oleg Michman 25% �� 146% ☢️ ☣️⚠️ у Твіттері: «Те, кто пишет, что смеяться можно надо всем, и приводят в пример, скажем, Шарли Эбдо или Джорджа Карлина, либо дураки, которые не понимают, о чем говорят, либо подонки.» / Твіттер

5375 4141 0688 8455 ощадбанк 🍣 5167 4901 5884 0554 PayOneer (London) 🍷 5300 7211 2412 9054

























Завантаження





Завантаження


Завантаження



====












Завантаження


05-11-2019
05:00